Астролог эксперт. Бесплатно
Мы в ВКОНТАКТЕ , Фейсбук


ЗАКАЗАТЬ Персональный расширенный гороскоп

Новый год, традиции, приметы

Что запрещено верующим?

Что запрещено верующим

Если я совершил Литургию, молебен, покрестил, повенчал, пришел на трапезу с полным сознанием того, что я все сделал, я очень хороший священник, и вдруг посмеялся над человеком, который имеет какое-то увечье, меня надо не просто пожурить – меня надо отлучить», – тему запретов в Церкви продолжает протоиерей Феодор Бородин, настоятель храма Космы и Дамиана на Маросейке (Москва).

Сам себе запрещаю!

Цель христианской жизни, как сформулировал ее апостол Павел, – это отложить ветхого человека и облечься в нового, обновляемого, по образу Иисуса Христа (ср. Еф. 4: 22-24). Это постоянное движение, обновление по образу Иисуса Христа должно совершаться во мне, как в христианине, в течение всей жизни. И это движение прежде всего к возрастанию в любви. Эту работу нельзя заменить ничем внешним, в ней нельзя останавливаться.

Поэтому все, что этой работе мешает, мне запрещено. Но это запрещение должно быть не внешним, а моим, внутренним. Как сказал тот же апостол: «Все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною» (1 Кор. 6:12).

Я, как христианин, становлюсь таковым, только осознав, что грех меня разрушает и потому он мне запрещен. Я сам себе должен его запретить.

Труд предполагается

Любое делание, если мы хотим, чтобы был результат, предполагает труд. Если вы хотите пожарить себе яичницу, вы должны встать с дивана и отложить пульт. Если вы хотите многого достичь, учась, допустим, в музыкальной школе, вы вынуждены себе во многом отказывать. Нет ни одного человека, который достиг успеха, ни в чем себе не отказывая, не ограничивая себя во многом. Я помню, в детстве дружил с мальчиком, который шел в большую музыку и был необыкновенно талантлив. Ему было запрещено брать в руки стакан с горячим чаем так же, как ему запрещено было играть в снежки голыми руками. И уже при нулевой температуре он был обязан надевать перчатки или варежки. Иначе его руки утратили бы чуткость. Он сам сознательно соблюдал эти запреты, поскольку понимал стоящую перед ним цель.

Христианин – это человек, который должен вырасти в «меру возраста Христова», дорасти, дотянуться, иметь «те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Фил. 2: 5). Поэтому все, что противно этому вектору моего развития, я должен отвергнуть.

Нельзя пройти большое расстояние на восток, если все время позволять себе отступать на запад.

Зачем мне это надо?

Помню, как разговаривал с одним монахом-греком, который угощал меня и моего друга в Святой земле мясным блюдом собственного приготовления. Сам не ел. Мой друг спросил его: «Вы не едите мяса? Вам запрещено есть мясо?» На что монах сказал очень интересную вещь: «Я могу есть мясо, мне никто не запрещает. Но я буду потом иметь проблемы с плотью. Зачем мне это надо?»

Этот аскет, который хранил свою душу в чистоте, прекрасно понимал последствия любого действия. И именно поэтому он запретил себе есть мясо. Хотя в другой ситуации, наверное, если бы этого требовала любовь, он бы себе разрешил. И ничем бы не согрешил.

Убить или посмеяться

Мне кажется, что мы об этом постоянно забываем. О том, что запрещено все, что не по любви, и разрешено все, что ведет к возрастанию в настоящей христианской любви. Я хотел привести очень интересный пример. Это 57-е Апостольское правило. Мы знаем канонические правила как достаточно строгие, конкретные явления церковного разума, где священнослужитель или мирянин очень часто наказывается – первый извержением из сана, а второй отлучением от причастия за какие-то нравственные преступления, за падения. Если бы мы попытались сформулировать, за что можно извергнуть священника из сана, мы бы сказали: за блуд, за пьянство, за убийство, за ересь. И были бы совершенно правы.

Но вот 57-е Апостольское правило звучит так: «Если кто из клира хромому, или глухому, или слепому, или ногами болезненному посмеется, то будет отлучен. Так же мирянин». То есть если я совершил Литургию, молебен, покрестил, повенчал, пришел на трапезу с полным сознанием того, что я все сделал, я очень хороший священник и вдруг посмеялся над человеком, который имеет какое-то увечье, меня надо не просто пожурить – меня надо отлучить. И мирянина тоже. То есть этот мой грех немилосердия, когда я вроде бы пошутил просто, допустим, над хромым, поиздевался над ним чуть-чуть, даже не ударил, – это не меньше, чем блуд,

убийство или пьянство, потому что, я, как священник, как христианин, не могу быть немилосердным. Я не имею на это права.

Удивительный разум Церкви проявляется в этом 57-м Апостольском правиле, которое для всех для нас обязательное, ведь никто не отменял его.

Мы должны очень четко понимать, что нам запрещено любое проявление нелюбви, любое проявление жестокости, немилосердия. Это то, с чем мы в себе должны бороться и просто выдирать из себя, выкидывать постоянно, очищая свою душу.

А разрешено нам строительство в себе человека по образу любящего всех Иисуса Христа.

Древние святые отцы говорили: «Люби Бога и ближнего и делай, что хочешь», понимая, что при настоящей любви ничего греховного человек не пожелает. А пока мы так не можем, будем слушаться Церковь. Ее опыт подскажет, что нам вредно, а что полезно.

© Ссылка на источник

Запреты, которые ведут к любви

Запреты, которые ведут к любви

«Когда в 90-е годы свобода обернулась вседозволенностью, многие люди пришли в Церковь именно потому, что им не нравилось происходящее в миру, за церковной оградой. Им не нравились видеосалоны, организованные бывшими комсомольцами, – там показывали фильмы, которые было стыдно смотреть», – протоиерей Александр Балыбердин, благочинный церквей города Кирова, продолжает разговор о запретах в Церкви.

В «лихие девяностые»

Подход к православию как к религии запретов существует в основном у людей, которые православия не знают и судят о нем со стороны. Почему? Во-первых, такое отношение к Православной Церкви, к православной традиции и культуре в течение нескольких десятков лет насаждалось на уровне государства. Семь десятилетий людей учили, что Церковь и «нельзя» – это синонимы и будто бы именно запреты составляют суть церковной жизни.

Во-вторых, когда период негативного восприятия Церкви сменился на спокойное отношение – благожелательное или равнодушное – на дворе были девяностые. Время, когда вдруг оказалось можно все.

И когда в 90-е годы свобода обернулась вседозволенностью, многие люди пришли в Церковь именно потому, что им не нравилось происходящее в миру, за церковной оградой.

Им не нравились видеосалоны, организованные бывшими комсомольцами, – там показывали фильмы, которые было стыдно смотреть; не нравилась желтая пресса; не нравились люди, зарабатывающие нечестным путем. И поэтому, стремясь сохранить свою душу и не желая поддаваться тенденциям лукавого времени, многие люди пришли в Церковь. Но это вовсе не означает, что охранительная позиция в Церкви главная.

Радостное ожидание

Если мы внимательно прочтем апостольские послания, то увидим, что письма эти полны тревоги за окружающий христиан мир. То есть охранительное начало в этих письмах также присутствует. Тем не менее они наполнены не унынием, а радостным отношением к миру, светлой верой в торжество добра. Неслучайно апостолы приветствовали друг друга словом «Радуйтесь!»

И действительно, как утверждает апостол Павел, никто и ничто не может отлучить нас от любви Божией (ср. Рим. 8:38, 39). Если ты веришь в Бога, если ты возлагаешь на Него все свои надежды, то понимаешь, что Бог тебе Отец, а ты Его сын или дочь, и отец, как говорит Христос, не может дать тебе камень вместо хлеба или змею вместо рыбы (ср. Лк. 11:11). Если ты это понимаешь, то тогда и твоя вера становится радостной. Понимаешь, что несовершенство мира, окружающего Церковь, не является поводом к унынию, потому что с нами Бог. А если с нами Бог, то чего нам бояться?!

Без одежды на мороз?

Да, в церковной жизни есть различные «нельзя», «не стоит». Но они объясняются просто. В семье, когда рождается ребенок, родители так же ограждают ребенка от того, с чем он пока еще не может справиться. Родители всегда берегут свое любимое дитя. Они не оставляют его на двадцатиградусном морозе без одежды, не заставляют свое чадо голодать.

Ограждая своего ребенка от зла, любящие родители обязательно формулируют определенные запреты. Мы нормально относимся к тому, что, скажем, нельзя подойти к окну, встать на подоконник, представить себя птицей, раскинуть руки и полететь. Нормальный человек понимает, что произойдет: ты упадешь вниз и разобьешься. Но ребенок этого еще не знает. И тогда родители говорят ему: «Так делать нельзя», а ребенок прислушивается к совету родителей, потому что любит их и доверяет им.

Подобно тому, как родители направляют свое дитя, Церковь направляет своих чад. На этом пути поддерживают и наказывают, вразумляют и учат, с помощью определенных запретов ограждают от того, с чем дети пока еще не могут справиться самостоятельно.

Поэтому надо любить Церковь, вглядеться в нее и увидеть в ней добрую, заботливую мать, которая вместе с Богом – любящим Отцом – первое время носит тебя на руках, потом аккуратно ставит на ноги и говорит: «Иди теперь сам». Сначала поддерживает за руку, потом начинает отпускать чуть подальше. Но всегда готова снова тебя принять, как блудного сына, и всегда готова помочь. Когда ты с любовью смотришь на Церковь и Бога, тогда те запреты, которые существуют в церковной традиции, как, впрочем, и в любой культурной традиции, становятся тебе понятны.

Запрещается не любить

В любой культуре есть разного рода запреты, даже в культуре нецерковной.

Например, ряд этих запретов отражен в уголовном кодексе. Часто запреты не фиксированы в письменной традиции и сохраняются устно. Например, когда нас вызывает начальник, мы, зайдя в его кабинет, не заваливаемся в кресло и не задираем ноги на стол. Мы понимаем, что так вести себя в кабинете начальника нельзя. При этом мы не упрекаем организацию, в которой работаем, за этот негласный, но понятный нам запрет.

В чем особенность церковной культуры? В том, что она направляет человека к Царствию Небесному. Запреты, которые в ней существуют, ориентированы прежде всего на воспитание в человеке любви к Богу и ближнему. На то, чтобы человек жил по заповедям Божиим. Поэтому когда христианин заходит в кабинет к начальнику, он также не складывает ноги на стол. Но не потому, что начальник снизит зарплату, а потому, что это проявление неуважения к человеку, а значит, проявление нелюбви. Мы же, христиане, должны жить иначе и все делать с любовью (ср. 1 Кор. 16:14).

© Ссылка на источник




Астрологический портал, гороскоп на неделю, на месяц, на год, прогнозы и предсказания, библиотека астрологических статей